Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
01:44 

такие дела
И остаётся только закатить глаза к небу и тихо прошептать "му-ха-ха" под нос самому себе.

Потому что наконец нашлось, настало наконец и пришло слегка опоздавшее, немного наивное, такое простое и теплом застывающее между распахнутых ресниц, сцепленных намертво ладоней и небоскрёбов, сложенных из страниц, шрифтов и чьими-то руками собранных промежутков.
Оно действительно простое, с хеппи-эндом и слёзными разговорами, оно рассказывает неспешно про "просто" и "сложно", про скормленное антидепрессантам детство и невозможность слов - только крики под опадающим с веток дождём, только старые друзья в белом порошке и таблетках, только совсем юная Натали Портман на кладбище домашних животных.
Welcome to "Garden State".
Самая моя батарейка этой бесснежной зимы.
Самые мои две минуты неожиданной композиции.



@музыка: Garden State OST - Coldplay - Don`t Panic

17:29 

такие дела
У тогда приходиться подвергать сомнению существование репродуктивных функций мозга, заменяя их инженерными способностями сооружать из скудного алфавита и цемента ощущений разукрашенные ночные улицы. Первые стойкие строения сменяются судорожной беготнёй по кругу, и не хватает ватмана уже для всех этих мёртвых черновиков и эскизов, выдумывемых зачем-то до своего строительства. Круговорот моих потерь и находок стабилен: сегодня я теряю спонтанность, завтра нахожу липкие цукаты и умиротворение. Ненастье снова нарывает, взбалтывает сонные бокалы окон с вишенками-льдинками двуногим внутри, меня тоже трясёт и размазывает о стенки, смешно и немного больно, как будто...

Простите, пора бежать.
Хотелось бы, чтобы вперёд.

17:32 

Не ко всем

такие дела
А злые языки заплетаются над словом "коллаборационизм", боясь до дрожи вгрызаться в это стоэтажное буквосочетание, а оно само кажется мне маленьким и бессмысленным, так, вытереть пот, стряхнуть и в самый дальний угол кармана положить, вместе с шипучей денацификацией и совершенно бесполезным "Как дела?", познавшим все прелести слоя пыли толщиной с корку сыра, покрывающего Луну нарисованную.
И всё хочется мне заменить да перестроить эти бессмыслицы - коллаборационисты колобродят, а денацификации дефицитны, только слово первое вырезать, так ведь короче и всё сразу становится понятно, зачем ломать язык и тратить столько невысказанных слов на подобные гигантиш мелочи?
И я понять всё не могу - как можно пытаться связывать меня с подобного рода словоблудиями, помилуйте, ведь вы меня уже полжизни знаете таким, к чему тогда эти игры в обезьяний цирк, игры на износ и "на вылет", вот только не вылетаю я в таком случае, а падаю, падаю безо всяких остановок на чай и убежать.
Благо к испорченным атмосферам я уже привык - подумаешь, что стоит опошлить Вендерса нашего Вима своими розовыми очками и кустарными эмоциями, но тут - тут мне уже не спастись просто от навязчивых идей и настроений моего детства, снова стремлюсь к авантюрам и бессвязности слов, снова "balem-balem" вместо "хорошо" и "Что вам снилось?" вместо надоевшего "Как дела?".

01:04 

такие дела
Странности и неожиданности лезут из карманов, плодятся и вторичными своими рожицами пытаются разукрасить мои лихорадочные будни.
Два случайных собеседника подряд вызывают лёгкое раздражение, отставая от моего ритма вопросов и ответов на тысячу и одну ночь.
Фанаты эти со словами "Боже мой, я знаю, вы с iXBT" поползли давить меня вопросами "А что вы делаете?", "По вашему мнению, игра года - это...", "Как вы попали на "хобот"" и, апофеоз года, "Почему вы не хотите меня авторизировать?!"
И я погряз.


апд.
Разговор закончился, а я, оказывается, совсем не дурак, да.

23:24 

Про эгоизм

такие дела
Всё назло: слюнявые российские сериалы потрошат разум беззащитный за соседней справа стенкой, тридцать минут растянуты в меридианы-мосты между пунктами 15 и 16, много-много текстов, много-много звуков, смешно и нелепо увиливаю от внезапного пробуждения и рабочего настроения, подмывающего взяться наконец за брошенный на полпути обзор.
Странно-резко всё стало свободным вдруг - несмотря на эти безобразные массивы знаний о кознях Витовта и Люблинских униях, исправно запихиваю в голову кусок за куском, автоматически рисуя конспекты-заметки, а на самом деле - мне очень нужен билет в Москву, мне нужна щепотка разрешений, мне нужна гитара и немного эфемерного слуха, мне всё это нужно сейчас, вот секунду назад нужно, не раньше, не позже, ведь именно три секунды назад Гришковец, мило картавя в наушниках, говорил со своим отражением в зеркале, а я его слушал, разбросав лицо по подушке и думая, что мне нужен вишлист, дабы самостоятельно разобраться в своих мелочных желаниях.
Мне нужны пять часов выеденного из Вселенной времени на чай и кино.
Какая глупость. Время это будет в субботу.
Меня что-то заставляет планировать время.
Наверное, это всё злокозненный 16 пункт, который я вот уже битый час стойко игнорирую.

03:10 

Во власти масс или пост "Новый год, capiche?"

такие дела
А на маленькой секунде волшебства поднимаются веки и верится в выпитый пепел желаний. Мало было ожидания, бессловесны случились поздравления, не вдохновляет скудность постцветов. И знаешь ведь, что всё будет, пренеесомненно будет, но тяжело сейчас как-то, без слов и снега, то ли привык к ним ненароком окончательно, то ли желание сгоревшее чёрт_возьми_как_подействовало_ура_даздраиррационализм Но ведь что-то всё-таки заставило меня глобальные переселения совершить, чтобы успеть сказать то, на что у меня просто не хватало ни слов, ни возможностей.
Такое правильно новое цепляется за листки календарей, стирает рисунки и цифры незаметно, смотришь однажды - а там белый холст и можно рисовать свою дорогу в тучи.
Так и здесь - и сейчас - пока есть силы, можно немного покричать, лично и глупо-дневниково, в пошло-смс и молча телефонами, просто не говоря ни слова, думать о том, как всё было здорово - и тогда - и воообще - и Кирмаш просветлённый жмёт всем руки радостно и до встречи, до встречи, вы только позовите.
Потому что завтра вечером - снова минус сорок без снега. Но всё это так бесконечно далеко.

P.S. Пафосный меморандум. Ещё два события для любимого дежавю моего, что только во снах: "Кирмаш за плитой делает виид, что глинтвейн" и "Чёртов воск на ковре, и куда все подевались?".

00:17 

такие дела
Провожая печальное истинно дзенское настроение в его последний путь, я хожу-брожу вдоль дурно пахнущих каналов, слегка подёрнутых зимующими утками, и скармливаю пернатым добрую половину своего сдобно-булочного обеда на девяносто пять центов, надеясь услышать "спасибо, товарищ, Кришна тебя не забудет!", и кто-то жмёт руку.
Да-да, я снова вынашиваю в себе планы спасения Вселенной за пять минут в три действия изонувшись калачиком и напевая "I feel good". Увы, альтруизм не поощряется: мысли всё время съезжают в сторону пропащего дзена, тот угрюмо косится на его пророка - безвременно почивший ковёрушко для Dance Dance - а пациент трещит себе за швейной машиной и делает вид, будто домовой.
Ах, куда бы деться, потеряться так, чтобы, вернувшись - оп-ля, а тебя уж и не помнят совсем? Кирмаш?, да-да, в закоулке памяти на старой пыльной полке один такой валялся. Ходишь потом по знакомым адресам. и, как экс-утопленник, снова радуешься тому, что у тебя валяется по карманам(квитанции мятые, гонорар и паспорт).
Но я так не могу - я стал старым, больным и завистливым на эти пару дней, я завидую даже детям, выдумавшим себе снег, а дзен отключили, Шамбалы не предвидится, а у меня завтра три пересдачи минимум, ах, Кетцакоатль-Рамапепелац, дай мне немножечко пыли, чтобы под ногами вместо бумажек и деревянных досок чувствовался скрип ботинок, жадно перетирающих дорожный песок.

Но, несмотря на все эти странные и смешные обстоятельства:


01:27 

На выдохе.

такие дела
А это - кот, тот самый chat noir, лижущий сейчас лапами чёрно-белое кино тридцатых, из которого он неожиданно ожил.
затем.

01:40 

такие дела
Признаки активности сдают свои суперпозиции в ломбард, разменивают звонкие недоправды и целенаправленности на несколько литров холодного сна. Смотрю на товар, прицениваюсь, отмериваю недрогнувшей рукой немного тумана, укутывающего их развенчиваю страхи и снова, как ребёнок в песочнице ломает ногами замки, так и я босоного топчусь по той самой границе между тем ощущением времени, когда оно становится слишком неуловимым. Спасибо, говорят они, уходят, не прощаясь медными колокольчиками и шёпотами отстветов всех вчерашних дней. Спасибо, слышу я и радуюсь втихомолку, ставлю в воображаемой книжке новую галочку, ногтём где попало (сегодня - ножка стола) ставлю новую зарубку: не продешевил, надурил, обманул, оттянул время возвращения туда, где у секунды и вечности было необъяснимо много общего.
Дурак. Да.

01:17 

такие дела
Всё же фарфоровые домики настроения рушатся слишком легко и бесшумно. Раз и навсегда, чтобы потом не было такого, иначе мелом на доске триста раз под аккомпанемент ногтей по стеклу.
Кирмаш не понимает - а значит, и не любит, на дух просто не переносит - вопроса "Ну как фильм?". И получается, что ответ на вопрос довольно многосложен и неоднозначен, а запихнуть всю народившуюся многоэтажную концепцию в одно правильное слово, что требуется сказать, невозможно в принципе. Калиостро просто отдыхает, когда я выдавливаю из себя магическим образом народившееся - бурчу "Хороший фильм" (Два слова! Неформат!) - и убегаю пристыженный, словно нагишом оказался перед той самой вечностью.
Писать про кино как-то проще получается. Тем более, что вопрос-то уже задан был.

All the Invisible Children

01:31 

такие дела
Он стучит гладкостенным стаканом по столу, горланит сорокаваттные песни и плохо переносит интервенцию в личную жизнь.

Сложно наслаждаться соками Африки, когда за спиной летает посуда.

01:39 

такие дела
Они ходят с опросниками и указками из красного дерева, пальцами стучат по парте и всматриваются в изображение глаз, смело распинаются о совокупной бездарности отдельных /подчёркивают/ личностей и попарно ударяются в стихосложение, ответственное за мировые коллапсы. Иногда они спохватываются, щёлкают пальцами в такт веткам клёнов, стучащихся в окно, и снова грызут кончик простого карандаша, пока тот не превратится в копию бюста Марии Магдалины. Они считют нас потребителями и подлецами, эгоистами и выходцами из буржуазии, чернорабочими, мигрировавшими из Сибири. А мы как бы не против, не выделяемся совсем, вместо учёбы у нас - диафильмы, вместо сна - киносеансы, мы не умеем силой мысли двигать ось земную и на нас не растут грибы, люди мы, и что ж с нас взять, господа вы наши преподаватели?


Сегодня был фильм про паранойю. Чертовски актуально, я вам скажу.

21:49 

такие дела
Пока на кухне увлечённо обсуждают козни таможенных служб и цены на нефть, Кирмаш понемногу испивает чашу вселенского счастия и неземного наслаждения до дна. Прокравшись мимо размахивающих руками тел, он совершенно незаметно ворует из целофаннового пакетика запахи чёрного континента, прячет их в своей кружке и уползает под плед, теряя по пути ароматы корицы и ройбуша, запахи есть, Кирмаша нет, что вы в самом деле, о каком человеке вы сейчас говорите?

19:36 

такие дела
Временами задумываюсь по поводу необратимости. Будущее is прошлое, выплясывают двенадцать красных обезьянок, всё, что похоже на правду, как-то незаметно становится ей, переплетается с привычным и приклеивает к стенкам новый выключатель. "Данет, данет, не знаю". Балуешься с ним, как ребёнок - с эскалатором метро, взбираешься и спускаешься, и в цикле взлётов и падений как-то не замечаешь других, тех, кто по ошибке купил себе one way ticket. Снимаешь ботинки, кричишь, вспыхиваешь, солнцем заводишься-трещишь, опадаешь и возвращаеся в снег, а шарик вертится мимо тебя, упорядоченно, как в энциклопедиях. Какое вообще должно быть дело иным до всех этих столкновений безумных с воздухом, с солнечными лучами, пучками этих самых фотонов релятивистских, что могут и раздавить исподволь все тени-отражения, физикой клянусь. На языках всё больше плетутся жалобы-заявки-упрёки-эгоизмы болезные, резонанс звуков, говорят, это когда колонки трясутся и белый шум. Повсеместно зачитывают лекции по предмету "Жизнь", а я вот сижу, пузыри пускаю, в окошко на "Грачи прилетели" смотрю да задумываюсь временами о необратимости.

01:21 

think think think

такие дела
Знаешь, а ведь некоторые считают, что говорить о жизни - чрезвычайно смертельно.

19:35 

такие дела
Они без толку говорят:
- Побудем здесь ещё немножко.
И продлевают вид на жизнь.

19:30 

такие дела
Я остываю, словно погружаюсь в серый лёд озера, растущего где-то посреди зимы, я остываю, и пар недосказаннстей конденсируется на стеклянном небе, на нём можно рисовать теперь, знаешь, прутиками осин, ещё не успевших уснуть под сказками холодного снега. Но мои руки холодные, я только порчу первые мазки, и соцветия превращаются в слова, а слова - в движения чьих-то пальцев над огнём разведённого костра, тридцать три секунды - это время, чтобы сгореть. Но огонь боится меня, он прячется под сиденья машин, уезжает в Африку и становится летним ливнем, затапливающим безразлично посевы, а потом он падает с водопадов и взлетает над саваннами, на какой-то миг, чтобы дважды обминуть земной шар и разбиться, смешаться с дёрном и земляными червями, стать их другом, и, знаешь, мне не завидно даже, что ему всегда будут поклоняться - даже невзирая на все его сомнительные знакомства.

Ты ведь даже не знаешь, что такое холод и мороз, у тебя в карманах вечное лето, запотевшие иллюминаторы самолётов, тонкие перешейки островов. А я прячусь всё глубже и глубже в развалины куртки, прыгаю по этим руинам и не замечаю погони, но бегу, бегу без устали, так можно согреться, так можно проснуться, так можно сделать всё, к несчастью. Тени встают, тени заслоняют тебя, тени перешёптываются между собой, ставят тебе оценки, клеят марки на конверты и отправляют другу другу с пометкой "до востребования". Они не видят холода, они не знакомы с ним, так, видали пару раз на улице, "привет-привет-какдела-всёхорошо" - и разминулись, расплылись, а холод приходит ко мне, он знает, что я не умею отказывать тем, кто сам захочет постучаться в мою дверь.

Они пишут на экране твоё имя, пора прощаться, и женщина у выхода так машет рукой, словно спасает утопленника от смерти, так ведь и есть, но глупо, я уже давно не тону, потому что и не всплывал никогда, какой смысл во всём этом, если от света у меня болят глаза, я прост оне привык к нему. Я снова научился прятать руки в карманы, вороша там сломанные листья каштана, я проскальзываю мимо женщины и замечаю, как она негодующе качает головой, но скоро улыбается, выталкивает меня несильно в артерии летних улиц и запирает дверь на ключ, ключ прячет в карман зеленоватого пальто, и больше нас с тобой не увидят.

01:06 

такие дела
Меня посылают к чертям в услужении у собак и обзывают несложными, но очень вескими существительными.

Внимание, вопрос:
Какого чёрта это вообще происходит?

апд. через минуту.
Зависть и злоба - определённо новые факторы эволюции человека, раз они применяются к тем, с кого и взять-то нечего.

22:39 

такие дела
Втихую я начинаю выращивать в родительских горшках на подоконнике ленивые дни и гигантское количество внештатных обязанностей, никакими железными тросами не вяжущихся с беззубым моим гражданским долгом. Ростки видны уже, стучат в воздух и схватывают на лету, прелесть просто, а вот зелёным идеальным ситизенам придётся потесниться радикально. Увы - ни воды слезливой для них, ни любви нечеловеческой так заготовлено и не было.

01:33 

такие дела
Когда Валерий Н. злился на методику Остроградского и весь остальной мир, его выручал телефон. Он хватался потными ладонями за красную пластмассу трубки, продевал палец сквозь колько в телефонном диске и три раза проворачивал его до крошечного, еле заметного щелчка, возвещавшего о некоем великом свершении без названия и исполнителей. Три гудка, Валерий Н. снова думает о смысле содеянного и кладёт трубку на место, слегка промахиваясь мимо аппарата, впрочем, как и всегда. Снова слышится топот падающих на клавиши пальцев, Валерий Н. судорожно сглатывает, на ходу ввинчиваясь эпитетом в трёхсложное метафорическое безобразие, и немного краснеет, словно бы вспотев.
Так и есть: достав из нагрудного кармана платок, расшитый карамельными цветками и стрелками песочных часов, он протирает свой многострадальный лоб до блеска, кладёт тряпицу на место и невольно вздрагивает, когда слышит ответный звонок.
Три гудка, молчание, три гудка, молчание.
Валерий Н. поправляет свои любимые очки без стёкол, съехавшие прямо на переносицу, глядит на написанное, ему сложно восстановить идею без мысленного цемента, ему кажется, что больше ничего не выйдет, он свешивает ноги с облака и размахивает ими, и тогда людям кажется, будто бы идёт грибной дождь. Сам же Валерий Н. хмурится беззлобно и снова протягивает руку к телефону, красному, с диском и гербом СССР на на нём, и в ту же секунду понимает, куда и зачем он звонил, какие последствия и сколько взыскания ему принесут на трезубцах и сковородах. Но искус слишком велик, и он снова набирает номер "три-цифры-в-одном", шепчет кому-то и, радостный, умолкает. Он смотрит вниз, кривляется и показывает язык перемешавшимся вдовам и чернорабочим, он проплывает над Манхеттеном и ему всё равно, сегодня у него - снова выходной после выходного после выходного, ибо ему опять удалось-таки отвлечь суетных людей снизу, не растративших ещё веру, от бессмысленных ожиданий новых страниц так и не дописанной истории.

Диафильмы на вывоз

главная