Kirmash
такие дела
Гневный месяц, кто-то шарит рукой по спине, находит спичку, фонарь и огниво, много тепла, думает, а на самом деле - последние запасы, на чёрный день и белую ночь заготовленные, встряхивает, прячет в дырявый карман, уходит, рассыпая всё по земле, по отпечаткам протекторов и спящим черепахам. Всё зависит от поворота. Один градус - смотрит в небо, пять с половиною - читает стихи на коленях у Марфы Павловны, одинокой. Гневный месяц виден на девятнатцати, отчего он злится? Не знаю. Наверное, по обратной стороне его бродят те, кто любит завешивать шторы днём и ночью. Или простые неразвитые цивилизации, не умеющие ещё переплыть море Спокойствия. Это бесит, меня вот бесит, когда по мне кто-то ходит, рукой шарит специально. Если надо - я отдаю, вот, пожалуйста, забирайте, только карманы покажите - и забирайте, мы батарейки человеческие, друг от друга подзаряжаемся, младенцев кушаем, квартиры в многоэтажках выпрашиваем у государства жадного. Не жалко, всё равно отберём, аккуратно, сдержанно, голову бросим на колено и вжик, фулл чардж. Но, знаете, если вам не надо, а вы берёте - лучше руку отдёрните и обознайтесь. Всё-таки паразитизм - это плохо. Идите сами, на тёмную сторону луны, несите там свет знания, пусть ещё погневается. А мне пусть всегда девятнадцать, не вращайте, голова уже кругом. Лучше просто чай заварите, на колено уложите - и здесь непривычно - разрядите, заберите, простите да так и оставьте.