22:06 

Kirmash
такие дела
словно на рваном, жёваном банальностью киносеансе, изображение, те самые истории, ради которых всё затевалось, можно увидеть только под самым острым из возможных углов. разбросав на коленях кошачью шерсть, сжимая в ладонях клочки волос и вчерашние телеграммы, мы видим сны. умиротворение созидаемо безразличием, пишет объяснительные записки ровным тоном и сдаёт их директору, запрятав нервный тик и заикание на слове "пожалуйста" в карман своих родителей. ладно, можешь идти, учись хорошо, зубри феномены и феромоны, только прошу, оставь меня, остановись, не бросай себя в кабинет мой, не корми дворовую собаку, прилипшую к обеспеченности под моим окном, не срывай эту повязку с глаз моего дома, который - разумеется - не существует в природе и вне её. тогда постучится остывшим сигаретным дымом в окно проезжающий мимо поезд, сверкнёт пустоголовой сумкой почтальон, вылепит из оставшегося в живых воска входную дверь цвет. в утробе тесно, вокруг - тесно, в другом - тесно, широкая ты душа, раз ни в одну точку, которая, по сути, бесконечна, не можешь вместить себя. шляешься по пятам времени, просишь его перестать быть, а оно расбрасывает вокруг пакетики из-под чипсов, и люди находят в них двухколёсные автомобили, зонты и шалаши, твои фигурки безликие тоже. которых потом называют Катями и женят, долго и торжественно. как же так, если всего этого нет, не было, быть не может? да, всё выдумано, всё наигранно, всё втиснуто в одну-единственную милли-милли-миллионымиллиардовмиллисекунду, и Бонапарт вполне мог бы сидеть у тебя на коленях, разбрызгивая сок недозревшего винограда и надрывно хохоча над движущимися тенями, которые грабят и убивают самих себя, и кто-нибудь обязательно попросил бы вас убраться со сцены, с самого изящного угла, на который ты был способен. спрячетесь с ним в пещеру, нарисуете Мону Лизу, подарите, смеясь, сахарную вату Ганди, который в местном цирке превращает воду в вино, как его учитель делал. бесконечное топтание на одном месте, пока дырку не протрём до самого ничего, а то и дальше, заметь. ведь всё, что привычно, не входит в сисок вещей, которые могут спасти тебя, если ты оказался в море на плоту после шторма. только ром и шоколад. поэтому гораздо безопаснее, дорогой друг, ходить прямо, как учили, как стареем, как проверенно. не штормит, не укачивает, не накачивает виденями и бесполезными вещами по бросовой цене крохотную, умещающуюся на кончике ногтя, твою (не распространяющуюся на более другие) человеческую жизнь.

URL
   

Диафильмы на вывоз

главная