01:07 

carry glossy whiteness

Kirmash
такие дела
совершенно случайно замечаю: мне сложно говорить, чем дальше - тем серьезнее барьер, от постоянного перемалывания прошлого болит голова, от настоящего откалываются куски и прочно оседают в памяти, но связать их и сказать: вот оно есть, из этого все вырастет и забьется снова живьем — нет, пока нет. попытки связать происходящее с необходимым не находят отклика, не связываются: где-то на линии произошел разрыв, птицы садятся на провода и хохочут, кричу в трубку: давай же, обретай форму; ответные сигналы похожи на уже сгоревший Мюнхен и не кажутся готовыми хоть на что-то. я пытаюсь вернуться к чему-то, что было раньше, но дохожу только до границы леса, не решаясь видеть внутри здание особняка, в котором меня учили сторониться людей, кормили сиренью и пытались отвадить от поднятия по гигантской винтовой лестнице на второй этаж. вспоминаю это только тогда, когда проезжаю мимо развалившихся рельс и почти сгнившего магазина, куда мы убегали во время походов, это внезапный толчок внутри, но едва ли достаточный, чтобы вырвать дверцу, подняться и, не стряхивая снег, побежать внутрь. внутри, конечно же, все уничтожено, продавщица все также ненавидит тихих детей, глазеющих на товары, осознания этого оказывается достаточно, чтобы просто представить: белая тишина, мерзлый металл, обязательно — никаких контактов, я сижу посредине плоскости, поезда уже давно не ездят, никогда не темнеет. от этого образа становится понятнее, к чему я иду, вернее, от чего, отталкиваясь свободными руками от перил и подставляемых плечей, иду, не разбирая дороги, и, когда оглядываюсь, стены становятся ближе, а не наоборот. в этом нет никакого трагизма, реальность не перекрашивается в хаки, воробьи не свистят бомабрдировщиками, девушки в легких пальто все так же кружат вокруг главной елки, где я теряю кошелек и даже за сотню номеров домов не успеваю понять, как я пришел к этому и что, что, что делать дальше. это не ощущение себя повзрослевшего, это стык опустошенности с осознанием тишины, засевшей глубоко внутри, на потолке прилеплен листок с красным "прорвись, родная, прорвись", завтра его не будет, но путь, к счастью, останется.

URL
Комментарии
2010-01-13 в 19:20 

Кусок неба
много хороших кусков,
просто удивительно, что всё вместе это всего лишь расплывчатая абстракция

     

Диафильмы на вывоз

главная